| Вень Ян родился в 2001 году в Шанхае. Его мать преподавала английский, отец работал инженером. С детства мальчишка выделялся необычной для местного окружения внешностью: тонкие черты лица, высокий рост и врождённая грация.
В 14 лет его на улице случайно заметил представитель модельного агентства — так и началась карьера. Сначала — локальные показы и реклама одежды. В 16 он впервые снялся в рекламе косметики, и ролик стал вирусным в соцсетях. К 18 годам Вень уже работал с крупными азиатскими брендами. Его лицо появилось на билбордах в Токио, Сеуле и Гонконге. В 20 лет он дебютировал в кино — сыграл второстепенную роль в романтической драме, которая неожиданно стала хитом.
Следующие пять лет превратились в бесконечную череду проектов: съёмки в трёх сериалах в год; участие в 5–7 рекламных кампаниях ежегодно; показы в Шанхае, Пекине, Сеуле, Токио и Милане; интервью, фотосессии, красные дорожки; сотрудничество с люксовыми брендами — от косметики до часов.
Его график был расписан поминутно: перелёты, грим, репетиции, съёмки, пресс‑туры. Он спал по 4–5 часов, питался на бегу, а отдых заменяли короткие передышки между проектами.
Как итог, к 24 годам парень словил выгорание. Улыбка на камеру давалась всё тяжелее. После съёмок он часами лежал в номере, глядя в потолок. Раньше он мечтал о серьёзных драматических ролях. Теперь даже самые заманчивые сценарии вызывали лишь усталость. Его начали мучать постоянные боли в спине, мигрени, бессонница. Он перестал узнавать себя в зеркале: "Вень Ян — звезда" казался ему маской, которую он носит слишком долго. Но самое страшное, что несмотря на то, что вокруг него всегда были люди — агенты, стилисты, журналисты, — поговорить по‑настоящему было не с кем.
Последней каплей стала съёмка для обложки глянцевого журнала. Фотограф кричал: "Улыбайся! Будь ярче! Больше энергии!" Вень механически выполнял указания, но вдруг осознал: он не чувствует ничего. Ни радости, ни азарта, ни гордости. Только пустоту.
На следующий день он отменил все ближайшие проекты, забил хрен на вопли агента о штрафах, заявил, что берёт "неограниченный отпуск", и купил билет в один конец — на Аляску.
Он не планировал маршрут. Просто открыл карту и ткнул пальцем — получилось Кетчикан, маленький город известный рыбалкой, туманами и тишиной. пример поста Оооо... Векслер ответил очень решительно и доходчиво, показывая ненавидимому куратору свое отношение и ко мне, и к ситуации в целом. Он прыгнул на меня настолько неожиданно, что первое время я даже не думал давать отпор, принимая его удары, сгруппировавшись, и не понимая, что именно настолько вывело его из себя. То, что вслед за ним спустился именно я? Видимо, Максимилиан хотел видеть здесь кого-то другого. Ну, что ж, ему придется довольствоваться тем, что есть, а мне - стараться абстрагироваться от его тела, прижимающегося ко мне, и лица, находящегося впервые настолько близко. Курсант тем временем охренел настолько, что решил применить ко мне мой же удар, и у него почти получилось.
Что и говорить, Макс был очень талантливым учеником, но все портило его невменяемое чувство собственной исключительности. Удар пришелся по губам, разбивая их в кровь о зубы и чудом не выбив парочку. В голове взорвался сноп искр, и это наконец привело меня в чувство. Прекращая ерзанья курсанта на своем ощутимо напрягшемся члене, я отшвырнул его в сторону и сел за задницу. Мне следовало подняться и, в два прыжка оказавшись возле наглого мальчишки, преподать ему урок, который бы он запомнил на всю свою жизнь. Если уж Векслер первый полез в драку, в которой заведомо проиграл бы, можно было воспользоваться ситуацией и отыграться от души, сломав ему пару костей и отбив мягкие ткани. Но я медлил. Просто сидел и наблюдал за тем, как мальчишка поднимается на ноги и идет к своему кораблю. Плечи Векслера опустились, он как-то разом обреченно сдулся. Осознал весь пиздец, в котором оказался?..
И, если так подумать, я его даже понимал. Он ненавидел меня с самого первого курса... С того момента, когда явился на мои занятия с не до конца застегнутым воротничком. Это были его первые 10 кругов, из тех сотен, что он намотал за год. Я для него был человеком низшего сорта. Тем, на кого он даже не обратил бы внимания, столкнись мы за пределами АКВ. Одним из тех, кто прислуживал его семье, подобострастно заглядывая в глаза в надежде на премию. Вот только я бы никогда не стал настолько жалок. Даром, что ли, будучи раненым сам, смог вынести из под огня бойца, которому досталось сильнее? И это в возрасте 23 лет. Смог бы Макс сделать то же самое? Я смотрел на него и с ужасом, осознавал, что не знаю ответ на этот вопрос. Я просто не знал Максимилиана Векслера, курсанта, к которому у меня первый год было "особое" внимание, а второй - тотальный игнор. Моя ненависть к коммерсам привела к тому, что я не видел в мальчишке личность. Он стал олицетворением всего того, что вызывало во мне ярость, подогревая это чувство своим отстраненным поведением. Это внезапное открытие почти парализовало меня, и я мог только наблюдать за тем, как курсант возвращается с аптечкой в руках и извлекает из нее сапфировую ампулу бакты. Заметив мой взгляд, мальчишка снова взвился, но кидаться с кулаками не стал. Вместо этого уронил на палец каплю регенератора и мазнул им по моим губам. Кажется, в этот момент меня прошило разрядом "дефендера". Прямым попаданием прямо в голову. Потому что первым моим желанием было схватить Максимилиана за руку и, уронив на траву, подмять под себя, упираясь крепким стояком в бедро, давая понять, чего именно я хотел в данный момент. Но мальчишка отошел, и меня отпустило. Это было... неуместно. Не сам факт физического влечения, а тяга именно к этому человеку. Какая-то болезненная хуйня, которую нужно было искоренить даже на уровне подсознания.
Векслер тем временем вернулся к "дастеру" и замер, оглядываясь. А мне отчего-то совсем не хотелось пялиться на окружающие красоты. Судя по состоянию наших аппаратов и полному отсутствию связи, мы тут надолго, и налюбоваться пейзажем времени будет более чем достаточно. Вместо этого я смотрел на курсанта, так, словно видел его впервые. Да, по большому счету, так и было... Максимилиан не выглядел напуганным, лишь слегка озадаченным и расстроенным. Вел себя уверенно, вон даже куратору в морду дал не потому что впал в истерику, а потому что куратор заеб его в шишки и курсант решил показать, что может дать отпор. Слишком эмоционально, на мой взгляд. Я обычно бил молча и неожиданно, чтобы противник не смог увернуться.
А потом мальчишка защелкнул на бедрах пояс с подсумком и, оставив меня в легком ахуе от происходящего, направился прочь. Вот только меня категорически не устраивала перспектива вытаскивать его из пасти местных хищников. Нарушение субординации меня беспокоило мало, не сейчас, но мальчишка должен понять, кто здесь начальник. Для нашего общего блага. Если уж нам придется вместе ждать спасения на этой планете, нужно действовать сообща, руководствуясь опытом, а не эмоциями.
- Стоять! - рявкнул я так громко, что из моря стелющейся на ветру травы вспорхнула стайка, отдаленно напоминающая земных птиц.
Вытерев губы рукавом комбинезона, я поднялся на ноги и, в несколько больших шагов оказавшись рядом с курсантом, схватил его за плечо, разворачивая к себе. Я был готов к повторному нападению, натянут, как струна, и зол. На себя, на него, на аналитиков, которые не засекли флуктуацию, на руководство АКВ, которое, судя по моему опыту, отправит поисковый отряд не раньше, чем через пару дней, окончательно убедившись в отсутствии связи. Я сжал в кулаке комбез на груди курсанта и подтянул его ближе, заглядывая в глаза, пытаясь разглядеть в них понимание.
- Слушай меня внимательно, курсант Векслер. Во-первых, если ты еще раз позволишь себе распустить руки, я тебе их сломаю. Во-вторых, пока мы тут - я твой непосредственный начальник, и ты слушаешься меня без всякой самодеятельности. На разведку ходим вдвоем, спим по очереди. И прежде чем начинать искать приключения на свою жопу, нам надо устроить временный лагерь и обезопасить себя от возможного нападения. Потому сейчас ты никуда не идешь, а возвращаешься назад, достаешь все неуставное, что у тебя есть, и под моим чутким руководством начинаешь работать руками. И я не про дрочку, которой ты занимал их в Академии.
Нахрена я вообще сказал это, я не понимал и сам. Но представив, как Максимилиан дрочит в душе - прикрыв серые глаза, чуть приоткрыв губы и запрокинув голову, - громко сглотнул. Представить это было несложно, просто потому что однажды, решив проверить, чем курсант занимается в душевой после отбоя, я видел это своими глазами. Мне стало трудно дышать от жара, затопившего пах. Медленно разжав пальцы, я даже отступил на шаг, опасаясь, что мое тело выкинет что-то особо фееричное, не советуясь с мозгом.
дополнительно: заявка в пару, менябельно все кроме внешности, приходи с постом и все решим. от себя - пищу от 1-го или 3-го лица (в настоящем или прошедшем времени), с птицей или без нее, с большими буквами, могу в спидпост. посты от 3к до "как получится". планирую нцу со всеми вытекающими и полный рот стекла.
как я вижу отношения между Венем и Вином - все начнется как короткая интрижка, курортный роман, секс в первую же ночь в похоронном бюро на гробах. Вина привлечет внешность парня и едва тлеющие угли на дне его глаз, Веня - то, что Вин его не узнает и ни как не отреагирует на имя (не будет ни восторгов встречи со звездой, ни попыток взять автограф или сфоткаться для Инсты), только животная страсть, укусы и доминирование. Вин будет первым за долгие годы, перед кем не нужно будет играть и кому Вень сможет рассказать абсолютно все.
| |
one way road [p.1] - charles black
